Паразиты наших клеток.

    Хламидии и некоторые микоплазмы родов Mycoplasma и Ureaplasma являются причинами ряда острых и великого множества хронических болезней. Не будет преувеличением сказать, что именно ими, так или иначе обусловлен практически весь хронический патогенез не только человека, но и животных

Выдающееся положение этих патогенов среди множества болезнетворных микроорганизмов обусловлено важным обстоятельством: эти бактерии – облигатные цитопаразиты. То есть, в отличие от «обычных» патогенных бактерий, размножающихся в основном в межклеточном пространстве, эти патогены приспособлены к жесткому клеточному паразитизму. Хламидии, как правило, проникают вглубь клетки, образуя в цитоплазме единичные или множественные колонии, а микоплазмы закрепляются на клеточной мембране.

Для цитопаразитов клетка хозяина является одновременно и инкубатором и источником пищи и защитой от большинства неблагоприятных факторов, поэтому, покидают они её лишь на короткий срок - для того, чтобы расселиться по новым клеткам взамен истощенной и уже нежизнеспособной старой. В этот «переходный» период цитопаразиты не размножаются, а их обменные процессы бывают сведены к минимуму.

С точки зрения современной биологической систематики, такие бактерии считаются примитивнейшими - как по размеру генома, так и по своей структурной и метаболической организации (какое-то время их даже считали вирусами). На самом же деле, за этой кажущейся простотой скрываются совершеннейшие создания, идеально приспособленные к своему паразитическому образу жизни.

Почему антибиотики малоэффективны при лечении хламидиоза и             микоплазмоза?

Главная причина безуспешности антибиотикотерапии хламидиоза состоит в самой сущности этих инфекций, в их способности защищаться от внешних неблагоприятных воздействий собственными средствами и даже средствами организма-хозяина. Так, хламидии, проникнув внутрь клетки, окружают себя сначала трехслойным, а затем и четырехслойным кольцом защиты:

1.     Мембрана клетки - хозяина, где паразитируют хламидии.

2.     Персональная клеточная мембрана самой хламидии.

3.     Тельца включения (трансформирующаяся лизосома, внутри которой размножается колония хламидий).

4.     Фибринозные ткани, которые индуцируются хламидийными токсинами. Известные нам, как (спайки, аденоиды, фиброзы).

Возникают они вследствие подавления апоптоза - механизма естественного отмирания клеток, к которому в более тяжелых случаях присоединяется также и их ускоренное неорганизованное деление. Множество плотно сжатых покореженных клеток вперемежку с оксалатами и другими «шлаками» представляет собой уже не просто укрытие, а настоящий бункер, в который с трудом проникают даже собственные «соки» организма-хозяина, не говоря уже о разного рода антибиотиках и других химических агентах.

В таких убежищах хламидии (а вместе с ними, зачастую, и другие «приблудившиеся» бактерии и вирусы), несмотря на некоторые затруднения с «продовольственным снабжением», чувствуют себя вполне комфортно и даже потихоньку размножаются. Так в организме создается практически неуязвимое инфекционное депо – стратегический резерв патогена, позволяющий его популяции выживать, а затем восстанавливать свою численность даже в самых неблагоприятных условиях.

Теперь уместно напомнить о том, что собой представляют современные антибиотики. Это довольно сложные органические вещества, способные подавлять рост и размножение бактерий  за счет внедрения в их метаболизм и блокирования  жизненно важных биохимических процессов в их клетках. При чем, чем сложнее устроен «внутренний мир» бактерии, тем проще нащупать в нем уязвимое звено.

 С биохимической точки зрения хламидии (и микоплазмы) устроены необычайно компактно. Их обменные процессы сведены к минимуму, а те, что жизненно важны - настолько универсальны, что присущи не только бактериям, но и любым другим организмам, в том числе, и клеткам самого хозяина! И для любого антибиотика, способного смертельно ранить такого цитопаразита, в организме хозяина всегда найдется не менее уязвимая  «мишень». Как следствие, за каждым антибиотиком, применяемым для борьбы с хламидиозами, тянется постоянно разрастающийся шлейф противопоказаний и тяжелых побочных эффектов.

 Как мы уже знаем, хламидии большую часть времени проводят в расположении живых клеток хозяина, а в короткие промежутки внеклеточного существования резко сворачивают свою и без того скудную метаболическую активность. При этом, их мембраны становятся малопроницаемы для любых крупных молекул. Стало быть, антибиотику приходится либо «подкарауливать» свободную, но биохимически недеятельную и хорошо «запакованную» клетку патогена во время смены своего местожительства, либо пробиваться к ней сначала сквозь мембрану инфицированной клетки хозяина, а затем – сквозь мембрану «тельца включения» и собственную мембрану цитопаразита. Понятно, что при таких обстоятельствах органеллы клеток хозяина оказываются гораздо более уязвимыми, чем сам патоген.

Таким образом, уничтожить «застарелый» хламидиоз антибиотиками практически невозможно, потому, что они малоспецифичны в отношении биохимии этих бактерий, способны с одинаковой легкостью поражать как клетки микроорганизмов, так и клетки их хозяев, и главное - для создания в многочисленных глубоких очагах достаточной концентрации потребовалось бы смертельное для хозяина количество антибиотика.

А что же микоплазмы? Они, ведь, не так хорошо защищены – предпочитают селиться на клеточных мембранах, не образуют фиброзированных очагов. Действительно, с микоплазмами дело обстоит несколько лучше. Даже с учетом того, что эти бактерии способны легко проникать сквозь многие ткани, выстилки внутренних органов и даже гематоэнцефалический барьер, их физическая уязвимость по отношению к антибиотикам несколько выше. И успешное излечение (и даже самоизлечение) «чистых» и «типичных» микоплазмозов – скорее правило, чем исключение. Но всё это касается только «чистых» и «типичных»!

Здесь мы вновь сталкиваемся с удивительной «предусмотрительностью» и «находчивостью» цитопаразитов. Было установлено, что многие виды этих бактерий обладают удивительной способностью стремительно менять свой антигенный и метаболический облик и, пребывая «до лучших времен» в таком измененном состоянии, легко уходить как от иммунных факторов самого организма-хозяина, так и от воздействия тех видов антибиотиков, которые еще недавно были по отношению к ним эффективными. Однако, с появлением на фармацевтическом рынке «новых поколений» антибиотиков этих уловок уже оказалось не достаточно. Но микоплазмы нашли выход и из этой ситуации: они, пустив в ход что-то вроде микробной дипломатии, «договорились» о «перемирии» с хламидиями - своими извечными конкурентами за субстрат, но в сложившейся ситуации такими же гонимыми антибиотическим безумием, как и они сами. Нам не известны подробности этого своеобразного «пакта о ненападении» (его существование даже не констатируется прямым текстом в научной литературе). Вероятно, речь идет об искусственной селекции толерантных друг к другу видов при активном участии антибиотиков «новых поколений».

Эволюцию этого «пакта» можно было наблюдать даже в микроскоп. Еще в самом конце прошлого столетия обнаружение хламидий и микоплазм в пределах одного мазка (суть, в пределах одного инфекционного очага) было явлением довольно редким – почти исключительным. Однако, в последнее время такое явление стало наблюдаться всё чаще и чаще. Сейчас можно наблюдать, как два некогда заклятых врага ухитряются спокойно уживаться даже в пределах одной и той же клетки хозяина. Повстречать же «чистые» хламидийные или микоплазменные очаги стало, напротив, практически невозможно: «нормой жизни» стали хламидийно-микоплазменные миксты (ХММ). Но этим дело не ограничилось! Микоплазмы стали не только делить с хламидиями инфекционные очаги – они научились укрываться вместе с ними в тех самых «убежищах», обеспечив себе такую же неуязвимость, какой ранее могли похвастаться только хламидии.  Таким образом, цивилизация, тысячелетиями эксплуатировавшая естественный антагонизм этих микроорганизмов, благодаря охватившему её фармакологическому безумию, оказалась перед угрозой чудовищного микробиологического альянса.

Необходимо учитывать и то, что даже если случится чудо, и антибиотики полностью уничтожат инфекцию, свободным от цитопаразитов организм, не способный иммунологически сдерживать ее развитие, будет оставаться не долго – ближайший нервный стресс, переохлаждение, перенапряжение одновременно со случайным заносом инфекции обеспечивает ее повторное развитие. Дело в том, что цитопаразитарные инфекции легко распространяются любым «мокрым» путем. Достаточно контакта (обнюхивание друг друга на улице)  с инфицированным животным, что бы произошло заражение вашего животного. Даже если у вас кошка, которая всегда находиться дома, это не обезопасит ее, так как помимо контакта с хозяевами, (людей эта проблема касается не в меньшей степени) которые могут быть источником заражения, существует опасность инфицирования через продукты питания (об этом подробно говорится в статье «Атопический дерматит»). Таким образом, антибиотическая борьба с цитопаразитами перспектив не имеет.

                                 Куда смотрит иммунитет!

Сейчас самое время обратиться к иммунологическим аспектам проблемы.

Следует заметить, что хламидии обладают невероятной плодовитостью. Потомство одной или двух бактерий, инфицировавших клетку, примерно через сутки составляет уже несколько сотен или даже тысяч новых микроорганизмов. И если бы всё оно выживало, то примерно через неделю с момента заражения, масса хламидий превысила бы массу их хозяина. На самом же деле, ничего такого не происходит. Из нескольких сотен или тысяч новых особей выживают лишь единицы. Участь же остальных печальна, хотя, с точки зрения интересов популяции в целом - далеко не бессмысленна. Во-первых, такая колоссальная «рождаемость» – мощнейший фактор естественного отбора, позволяющий выжившим хламидиям быстро адаптироваться к меняющимся условиям окружающей среды. Во вторых, продукты разрушения хламидийных телец являются мощными антибиотиками, которые не позволяют размножаться в организме хозяина множеству других бактерий, способных составить хламидиям конкуренцию, а сами элементарные тельца с легкостью разделываются с трихомонадами и другими простейшими, если только те не успеют вовремя от них спрятаться. В третьих, процесс когда продукты разрушения хламидийных клеток, насыщают организм хозяина, может объяснить феномен «добровольного» самоограничения численности микропатогенов с целью сохранения жизнеспособности организма-хозяина. Этот феномен хорошо известен в микробиологии под названием «чувство кворума».

Итак, после закрепления цитопаразитов в организме хозяина и утрате последним контроля над своим иммунитетом, хламидии, постепенно расширяют сферу своего влияния практически на все органы своего хозяина.

 Впрочем, и микоплазмы обладают способностями (пожалуй, даже более изощренными) адаптировать «под себя» хозяйский иммунитет. Но при этом, на полное и нераздельное господство в организме хозяина они не претендуют и проникновению других бактерий препятствуют не столь активно.

Однако, как было отмечено в начале статьи, «чистых» хламидиозов и микоплазмозов в наше время практически не встречается. При этом, клинические проявления хламидийно-микоплазменного микста (ХММ) определяются относительной активностью обеих составляющих его частей.

Итак, в условиях массовой инфицированности и относительной легкости заражения, избежать рокового контакта с этими инфекциями не реально. Так же как и реально защитить своих питомцев от них при помощи  антибиотиков.

Ситуация осложняется и тем, что подавляющее большинство врачей и не только ветеринарных, но и медиков, закрывают глаза на проблему цитопаразитарной инфекции, так как по большому счету ничего решить с ней не могут. Пытаются антибиотиками хоть как то сдержать хронические процессы вызванные паразитами клеток, зачастую даже не подозревая в чем суть самой проблемы.

 В странах, где система медицинского страхования сильна, ситуация с лечением хламидиоза и других цитопаразитарных болезней коренным образом отличается от нашей. Там каждый врач, имеющий дело с хламидиозом, прекрасно знает, что если антибиотик не убьет хламидий в течение первой же недели лечения, то он не убьет их уже никогда. Поэтому, видя бесперспективность в борьбе с хламидиозом западные врачи квалифицируются на борьбе с многочисленными последствиями данного заболевания. Конечно это не выход из проблемы, а лишнее подтверждение того, что цитопаразитами в мире всерьез почти никто не занимается. Одни считают это бесперспективным, другие не располагают достаточным научным базисом, во всем полагаясь на своих «цивилизованных» коллег.

                                                  Где выход?

Из вышеизложенного ясно, что конвенциональная⁶ медицина не в состоянии предложить эффективных средств борьбы с цитопаразитарными инфекциями и их многочисленными частными проявлениями. Именно так мы в своё время и поступили, взяв за основу гомеопатический метод, и дополнив его этиотропным подходом к лечению этих заболеваний.

Как уже было отмечено, такие миксты представляют собой яркое проявление единства и борьбы двух противоположностей - тех или иных представителей семейства хламидий с одной стороны и семейства микоплазм – с другой. Причем, каждая из «сторон» может быть представлена сразу несколькими видами. Но это еще не всё. Хламидийно-микоплазменный микст практически всегда создает благодатную почву для развития разнообразных вторичных дисбиозов с участием в них, разнообразных микроорганизмов, как в норме населяющих организм хозяина, так и получающих доступ в него благодаря ослаблению естественных факторов, не позволяющих им размножаться в здоровом теле. Основными фигурантами таких дисбиозов являются гарднереллы, бактероиды, клебсиеллы, клостридии, пропионобактерии и многие другие микроорганизмы, в норме почти не встречающиеся в теле хозяина, а также всевозможные грибы, вирусы, простейшие и микроскопические клещи. По этой причине симптоматика хламидийно-микоплазменного микста характеризуется невероятным разнообразием и непостоянством локализаций внешних проявлений. Сиюминутная клиническая картина, очевидно, зависит, как от относительной «силы» штаммов основных фигурантов (хламидий и микоплазм), так и от текущих условий среды обитания - температуры, рациона и даже психологического состояния инфицированного. Смотря по тому, какой из противоборствующих микробных кланов в этих условиях получает преимущество, клиническая картина может смещаться либо в «хламидийную», либо в «микоплазменную» сторону. Мощное влияние на сдвиг этого равновесия может оказать прием медикаментов - как аллопатических (антибиотики, противовоспалительные, гормоны), так и гомеопатических. Однако, медикаментозное лечение, проводимое без использования особых средств и без учета множества нюансов почти никогда не заканчиваются полным уничтожением подавляемых им микроорганизмов: равновесие лишь устанавливается на другом уровне и после прекращения воздействия медикамента может постепенно вернуться на исходный.
Даже такого поверхностного описания процессов, происходящих внутри инфицированного организма, достаточно, чтобы понять, на сколько непростым должно быть лечение таких пациентов. И это, действительно, так. Однако, сами пациенты редко осознают «наукоёмкость» наших методов. Ведь наше лечение отличается необычайной комфортностью и внешне больше походит на игру, впрочем, требующую от игрока терпения и аккуратности.

                                              Лечебный процесс.

В качестве материала для лабораторного исследования на наличие цитопаразитов мы используем мазки со слизистых. Мазки могут быть взяты с любых доступных слизистых. Но на практике наиболее информативными оказываются мазки из конъюнктивы глаз и слизистой влагалища или препуция.
   Полученный таким образом материал поступает в лабораторию, где подвергается специальной обработке для дальнейшего исследования под микроскопом. В результате получается окрашенный мазок, в котором хорошо видны цитопаразитарные включения в клетках эпителия, а также другие микроорганизмы и форменные элементы, имеющие диагностическое значение. В отличие от традиционно практикуемых в других медучреждениях «косвенных» методов, наш метод универсален (цитопаразиты обнаруживаются вне зависимости от их видовой принадлежности) и очень надежен, т.к. является «прямым». Это означает, что при его использовании объект исследования распознается не по каким-то специфическим реакциям, а визуализируется непосредственно.

По результатам анализа, который может быть сделан в день обращения, назначается  этиотропное,  гомеопатическое лечение.
Целью этиотропной терапии является не только избавление пациента от того или иного паразита, но и его иммунизация на случай повторного заражения.  То есть результат успешного лечения включает в себя следующие параметры.

1 Улучшение качества жизни

2. Исчезновение симптомов заболевание.

3. Стабильная работы иммунной системы, ее адекватная реакция на последующие манифестации цитопаразитарной инфекции.

Важно отметить, что этиотропные гомеопатические препараты не содержат фармакологически активных веществ и так же безопасны, как и любые другие гомеопатические средства. Причем, их парентеральные формы изготавливаются по особой технологии, позволяющей превращать обычный физраствор для инъекций в высокоэффективный препарат без нарушения целостности заводской ампулы. В большинстве случаев для избавления пациента от того или иного цитопаразита бывает достаточно одной инъекции, после чего, процесс иммунизации можно поддерживать с помощью пероральной формы – хорошо известных всем «горошков». Но в некоторых случаях повтор инъекций бывает целесообразен, т.к. парентеральная форма значительно активнее пероральной.

В зависимости от конкретной ситуации, этиотропная терапия может продолжаться от нескольких дней до нескольких месяцев. В простых случаях она может протекать непрерывно, в более сложных – в несколько этапов, что обусловлено необходимостью периодического подавления дисбиозов и «расцветающих» на её фоне сопутствующих инфекций, которые не упускают возможности занять освободившееся место.

Основное время на лечение отнимает не иммунизация к имеющимся цитопаразитам, а процесс рассасывания «завалов» (спаек, полипов, фибром), образовавшихся в организме в результате длительного пребывания в нем хламидийной инфекции. Эти «завалы» мешают нормальному функционированию органов, а кроме того, являются теми самыми «бункерами», в которых цитопаразиты легко переживают любую, даже самую нещадную антибиотикотерапию. Специфические иммунные факторы также с трудом проникают внутрь таких убежищ, поэтому, забаррикадировавшиеся в них инфекции способны еще долго тлеть даже после полной иммунизации и, не имея возможности вырваться за их пределы, могут досаждать своему хозяину более или менее существенной интоксикацией его организма продуктами своей жизнедеятельности, которая иногда проявиться в виде дисбиоза, например, молочницы.

После иммунизации к хламидийной инфекции, процесс рассасывания «завалов» в организме начинается автоматически. Однако, его скорость не велика, и чтобы ускорить этот процесс, мы обычно применяем дополнительные гомеопатические препараты рассасывающего действия. Такие препараты могут быть назначены отдельно или совместно с этиотропными.

При наличии каких-либо вторичных симптомов, кроме этиотропных и рассасывающих средств, могут быть назначены и симптоматические, которые также являются гомеопатическими. Иногда именно с них и приходится начинать лечение, а этиотропную терапию подключать только после стабилизации состояния пациента.

Все основные необходимые для лечения гомеопатические препараты выдаются на руки владельцу животного. Этиотропные гомеопатические препараты в продажу не поступают так как они являются ноу хау медицинского центра «Филикс» и производятся исключительно в центре.

            Перспективы этиотропной гомеопатической терапии.

 Методы этиотропной гомеопатической терапии хламидиоза, микоплазмоза и некоторых других инфекционных заболеваний были разработаны в медицинском центре «Филикс» еще в конце прошлого столетия и до сих пор остаются непревзойденными. В медицинском центре в общей сложности ими было успешно пролечено несколько тысяч человек, среди них немало и таких, которые мсчитались официальной медициной хроническими неизлечимыми  больными.

В течение последних 4-х лет ветеринарным врачом Михайловым Владимиром Олеговичем препараты и методики медицинского центра «Филикс»  довольно успешно применяются для лечения животных. Можно смело утверждать, что в лечении  таких заболеваний как: хроническая диарея, острые и хронические бронхиты, пневмонии, гастроэнтериты, циститы и т.д. данные методики по своей эффективности в разы превосходят достижения официальной ветеринарной медицины. Для примера скажем, что из нескольких десятков обратившихся с животными, которые были больны атопическим дерматитом, полностью излечено 70%, у 20% добивались заметного улучшение состояния, и это относится не только к состоянию кожи, но и к общему состоянию животных: улучшение настроения, повышение качества жизни. К 10% относятся животные с незначительными улучшениями или те, которые в процессе лечения исчезают из поля зрения. Те кто не понаслышке знаком с атопическим дерматитом поймет, что результаты данной статистики на голову превосходят любую доступную официальную статистику относительно атопического дерматита.